Акции европейской металлургии и горнодобывающегого сектора
Иван Данилов
Иван Данилов
финансовый аналитик и журналист, один из лучших российских сетевых аналитиков-публицистов в сфере экономики и (гео)политики
Обсудить на форуме
Вопрос эксперту
Покупать ли акции европейской металлургии и горнодобывающегого сектора в 2022 году?
Иван Данилов
Glencore [OTC: GLNCY, LSE: GLEN] - на мой вкус, очень хороший выбор.
SSAB [ОМХ: SSAB_A, LSE: 0KII] - шведско-финский металлургический гигант, с
дивидендами под 9%.

На днях мы обсуждали инвестиции в европейский телеком в 2022 году. После этого многие спрашивают, стоит ли покупать акции европейской металлургии и горнодобывающего сектора? Вопрос хороший, и я подготовил кое-какой анализ на эту тему.

При анализе горнодобывающих компаний и металлургов (с точки зрения «морганов» — это почти один и тот же сектор) JPM исходит из следующего взгляда на вещи:

«Наши экономисты прогнозируют рост мирового ВВП в 2022 г. более чем на 2% выше допандемического потенциала плюс рефляция является основной темой года (JPM ожидает доходность десятилетних трэжериз на уровне 2,25% в декабре 2022).

У нас очень положительный взгляд на промышленные металлы в 2022 г. и наша высокая убежденность заключается в том, чтобы выразить это через акции европейской металлургии. Мы более осторожны в отношении сырьевых товаров, ориентированных на Китай, особенно железной руды, поскольку мы ожидаем, что в Китае в 2022 году недвижимость останется в депрессии, несмотря на недавнее смягчение денежнокредитной политики. Наши предпочтения: ArcelorMittal (целевая цена €47, акция добавлена к списку самых уверенных предпочтений банка), Glencore (целевая цена GBP 4,70) и SSAB (целевая цена по акциям серии A — SEK 57). 

Акции европейской металлургии

У нас бычьи [т.е. позитивные] настроения в отношении промышленных металлов и европейской стали, но мы проявляем осторожность в отношении железной руды: JPM Global [прим.: это другой отдел банка, не тот который писал эту стратегию для европейского рынка акций] предсказывает восстановление сектора на основе данных о недвижимости в Китае, промышленной активности и восстановлении производства стали. Мы разделяем это мнение, но в более долгосрочной перспективе JPM Economists [прим.: а это еще один другой отдел — макроэкономического прогнозирования того же банка] прогнозирует сдержанный 4,7% рост ВВП КНР в 2022
году, если не будут введены существенные стимулы экономики.

Мы ожидаем, что ограничительное регулирование в сфере недвижимости снизит спрос на сталь, особенно в условиях жесткого квотирования на выбросов китайской промышленности, особенно металлургической. Что в свою очередь отразится на спросе акции европейской металлургии. По оценкам JPM в 2022 производство стали в Китае составит 950 млн тонн (-7% г/г), а цена на железную руду упадет до ~90 долларов за тонну в 2022/23 г. Мы прогнозируем, что 2022 год станет переломным, при этом поставки «морской» [экспортируемой по морю] железной руды вырастут на 20 млн тонн в годовом исчислении, но спрос на железную руду в Китае сократится на 135 млн тонн.

Мы наиболее оптимистично относимся к акциям сталелитейщиков в регионе EMEA [Европа, Ближний Восток и Африка]: мировые цены на сталь остаются вблизи многолетних максимумов и положительно коррелируют с региональным ростом. Нарушенные цепочки поставок должны поддерживать высокие цены на сталь в краткосрочной перспективе, а затем возобновление производства автомобилей во второй половине 2022 г. [прим.: сейчас у почти всех автомобильных компаний проблемы с доступом к микрочипам, дефицит которых жестко ограничивает производство и соответственно спрос на сталь] должно обеспечить новый импульс спроса.

Металлургические компании из EMEA недооценены с точки зрения структурных попутных ветров: снижение экспорта стали из Китая из-за декарбонизации Китая, торговые барьеры в странах Европы, Ближнего Востока и Африки [прим.: ограничивающие импорт] и поддерживающая фискальная политика, при том что сталь является необходимым условием для энергетического перехода на зеленую энергетику, что сопровождается постоянным ростом спроса.»

Мои заметки на полях: Весь вью «морганов» упирается в предположение о том, что Китай будет активно душить собственную металлургию во имя «декарбонизации».

У меня нет твердого мнения на эту тему — и потому я не до конца разделяю их взгляд на вещи, и даже более того — у меня есть исторический прецедент, который показывает обратную ситуацию: те, кто считали, что КНР будет ограничивать добычу угля во имя декарбонизации — ошиблись на 250%, ибо после того как КНР столкнулась с веерными отключениями электроэнергии и необходимостью ограничивать промышленное потребление электроэнергии для защиты ритейл-потребителей от блэкаутов, угольную добычу наверстали ударными темпами и до рекордных показателей.

Конечно, сталь — это не электроэнергия, но в случае роста цен на сталь выше какой-то болевой точки (а сталь
нужна в КНР не только для строительства жилой недвиги) и/или в случае необходимости подправить социо-экономическое положение «ржавого пояса» КНР (в этом смысле металлургия — это везде очень опасная и проблемная для политиков отрасль с большой ролью в рынках труда конкретных регионов) — китайских металлургов могут опять включить на полную катушку, и тогда уже большой вопрос, что будет с ценами на сталь и
акции европейской металлургии из EMEA.

Из этих же соображений я не могу согласиться с негативным отношением к добытчикам железной руды (JPM в своей аналитичке довольно скептически высказывается, например, по Rio Tinto [NYSE: RIO, LSE: RIO]) — потому что если весь негатив по ним «висит» на тезисе «китайская недвига не восстановится, мамой клянусь» — то тут можно получить совсем неожиданные сюрпризы.

Каждый раз, когда заходит речь о металлургическом секторе — возникают вопросы про НЛМК [МОЕХ: NLMK, LSE: NLMK], Северсталь [MOEX: CHMF, LSE: SVST] и другие российские металлургические компании, многие из которых имеют умопомрачительные дивиденды. Дивиденды — это прекрасно, но при выборе размера позиции (и при выборе того, классифицировать ли эти акции как консервативные или как спекулятивные инвестиции), стоит учитывать три риска:

  1. «Риск Китая» (описан выше) — если Китай на полную мощность врубает свою металлургию — это окажет негативные воздействия на цены на мировом рынке стали. В зависимости от размаха действий КНР можно получить как небольшую коррекцию, так и мощнейшее падение цен.
  2. «Риск Белоусова» — металлурги зарабатывают очень много денег, а государство, когда видит слишком много денег, проплывающих мимо него — может захотеть чего-нибудь себе. Первые попытки «принуждения к социальной ответственности» — вроде бы отбили, но в любой момент может начаться и второй, и третий акт драмы «Бюджет жаждет бабла».
  3. «Риск Евросоюза» — «зеленые тарифы» на все российское (и китайское) во имя зеленой повестки и защиты собственных металлургов — это очень вероятное развитие событий. Возможно, каким-то российским компаниям удастся убедить Евросоюз, что они-то на самом деле белые и пушистые и у них «чисто зеленая сталь», но ваш покорный слуга — плохой и циничный человек, который не верит, что европейские чиновники будут вводить «зеленые тарифы» для того, чтобы потом какие-то «ужасные русские» могли их обойти, выполнив какие-то требования и правила — тарифы (как и санкции) всегда вводятся для достижения других результатов.

Из списка «морганов» в плане бумаг — мне не очень нравится ArcelorMittal — ваш покорный слуга со всем уважением относится к индийским олигархам (крупнейшая европейская металлургическая компания на самом деле принадлежит индийскому олигарху Лакшми Митталу), но уж очень специфический стиль менеджмента создает дополнительные риски (они, между прочим, частично отражены в цене самой компании, которая много раз
удивляла рынок, в плохом смысле слова) которые не очень хочется на себя брать — но если есть желающие поиграть в эдакий «легкий deep value» (разница между value и deep value — это как разница между покупкой подержанного автомобиля из ломбарда (value) и поиском «интересностей» в мусорных баках — deep value) — то почему нет.

Хотя тогда, если уж хочется экстрима, можно посмотреть Voestalpine [Vienna Stock Exchange: VOE, Xetra: VAS] — там по крайней мере у менеджмента есть мозг, и есть потенциальные заказчики из нефтегаза, у которых наконец-то появились деньги.

Glencore [OTC: GLNCY, LSE: GLEN] — на мой вкус, очень хороший выбор (жаль, что дивиденды не звездные) — «морганам» нравится, что доходы компании не зависят от цен на железную руду, мне нравится, что они хорошо зарабатывают на угле и на волатильности товарных рынков в целом.

Очень интересный вариант для тех, кто все-таки хочет купить акции европейской металлургии, но хочет меньше рисков: SSAB [ОМХ: SSAB_A, LSE: 0KII] — шведско-финский металлургический гигант, с дивидендами под 9%, с государственными акционерами (финские и шведские государственные структуры — крупнейшие миноритарии, которые фактически определяют управление компанией) и с возможностью быть не жертвой, а бенефициаром европейских усилий по введению «зеленых тарифов» для зачистки рынка от российских и китайских экспортеров.

Теперь немного про «П — Последовательность». JP Morgan в своих оценках указывает на то, что будет восстановление производства автомобилей в 2022 — и из-за этого позитивно смотрит на многих металлургов. При этом (ваш покорный слуга так и не смог понять, как это увязывается) — негативно настроен в плане добытчиков металлов платиновой группы (платина, палладий).

С моей точки: рано или поздно проблемы с чипами — закончатся, и если автоиндустрия вернет производство на прежний уровень — значит, и спрос на палладий и платину для каталитических конвертеров (а это важнейший источник спроса на металлы платиновой группы) — станет выше, а оценки платиновых и палладиевых компаний будут пересмотрены рынком, который сейчас их оценивает так, как будто автомобили с двигателями внутреннего сгорания уйдут на свалку истории буквально завтра.

Вот такой мой ответ на вопрос покупать ли акции европейской металлургии и горнодобывающегого сектора в 2022 году. Приглашаю обсудить материал в этой ветке форума.

Следующим сектором для анализа станут акции нефтегаза Европы.